andimir

Море Песка
Путешествие пилигримов по Магрибу

На самой вершине уютного терема марида Рад бен Наби бен Марит абд аль-Кадира Огнелиса всматривалась в глубину темного зеркала. Из его глубины выплыло огненно-пламенеющее лицо прекрасной женщины.

- Мое имя Ламия. Рад – мой старый знакомый. Он попросил меня поговорить с тобой. Ты ведь с севера, девочка, и никогда раньше не видела джиннов? Я вижу, что в тебе тоже течет огненная кровь. Я слышала, господин Сварог благоволит всем людям Андимира, и ты его дитя. Куда ты держишь путь? – произнесла прекрасная ифрити.

- Меня зовут Огнелисой. Сварог приказал мне отправиться в путь и добраться до новой секты, возникшей в сени кряжей Харалужных гор. Его что-то беспокоит, но я не знаю, что именно. Ты же все знаешь в тех местах, правда? Расскажи мне что-нибудь, – пылко и взволнованно воскликнула избранная Сварога.

- Они выбрали плохое место. Гхат в прежние дни был великим и блистательным городом, но страну гарамов сгубили пустынные демоны. Эти твари – настоящий бич наших земель. У каждого человека есть внутренний огонь, желание жить, способность к творчеству, личное обаяние, каризма. По-разному его называют. Эти твари алчут его изо всех сил. Их тела и души не способны его создавать, но вот забирать его из других они прекрасно умеют. Каждый демон умеет наводить на всех вокруг себя особый морок, заставляющий видеть его таким же, как они сами. Лишь только избранная демоном жертва видит его истинный облик. Впрочем, все равно они любят носить накидки с глубокими капюшонами, так что лица их не видно. Выбрав жертву, демон день за днем высасывает из нее чарами внутренний огонь. Для этого ему достаточно лишь одного взгляда в день глаза в глаза. Когда жертва лишается внутреннего огня, она словно сомнамбула живет без желаний и собственной воли. Демон может убить ее, а может и сделать таким же демоном, как он сам. Демоны не боятся ни дня, ни священных знаков. Стихии действуют на них так же, как и на обычных людей, но больше всего они любят скрываться среди толп. Последние гарамы и их шейх знали демонов хорошо и умели с ними бороться, но возвышенные изгнали или убили их, и теперь некому бороться с мерзкими тварями. Сейчас демоны вволю пасутся на тучной ниве пилигримов. Придет время, и они оседлают кочевые племена, погасят священные огни южного рубежа и обрушат в море стены приморских городов. Сварог обеспокоен, и подвластные ему племена уже отправились в путь. Я покажу тебе знак, ты сможешь по нему опознать их. Ведь и ты его посланница, – произнесла Ламия.

Две женщины, ифрити и человек, еще некоторое время болтали на разные отвлеченные темы…

Крики чаек, хищные силуэты южных кораблей и запахи, много странных южных непривычных запахов. Таким встретила жемчужина Магриба, белостенная Эа, наших пилигримов. Кинув вещи в рекомендованной Актеем портовой гостинице, Ярополк и Огнелиса, как и подобает правильным гражданам Светлого Яра, направились в местный стол Посольского приказа. Их принял молодой, обаятельный подъячий стола в Эа Вадимир Попович. Зарегистрировав прибывших в книге учета, он записал цели их посещения и настоятельно попросил при обратном отъезде отметить свое отбытие. Заодно Вадимир порекомендовал обратиться в караван-сарай и спросить караванбаши Саида Меднолобого. Вадимир хорошо изучил Эа, и именно этот человек был надежнее всех. Предложений для паломников было много, и далеко не все караванщики и проводники доводили своих клиентов до развалин Гхата, где обосновалось учение Возвышения. Многие были наводчиками пустынных грабителей. Забавно, но спустя несколько часов по самому солнцепеку все к тому же Вадимиру направился и Герей ибн Завид. Вадимир был секретным связным Герея, работавшего на тайный приказ. Герей же расспрашивал о наиболее ненадежных проводниках. Тема и правда была очень горячей.

- Паломники обезумели. Они готовы на что угодно, лишь бы добраться до возвышенных, обитающих в руинах Гхата, бывшей столицы гарамов, лежащей в сердце проклятого леса. До всплеска интереса к секте на юг ходили караваны, торговавшие с харалужными племенами южного рубежа. Те караваны были хорошо защищены и грабить их было безумием. К тому же некоторые караваны ходили под покровительством легендарного Огненного шейха. Теперь же появились богатые, неопытные и беспечные пилигримы. Сразу появились и разбойники, и фальшивые проводники, – задумчиво рассказал Вадимир и порекомендовал все того же Саида Меднолобого, – он берет дорого, но у него хорошая охрана и в ее составе побратим ветров Брат Искатель.

Кроме того, старый купец попросил узнать Вадимира о беспокоившем его Пересмешнике, уже напавшем на Пьяного Симурга по дороге. На это требовалось время, и Герей обещал зайти назавтра.

Тем временем Фаруд и Фрол стали свидетелями забавной сценки. По улице, распугивая прохожих, бежала бронзовая кукла. За ней, размахивая руками, бежал мальчишка в ахейских одеяниях и что-то кричал на своем языке. Ахейского Фаруд не знал, но помочь все же решил, достаточно ловко перехватив куклу за плечо. Запыхавшийся парень понял, что Фаруд ничего не понимает по-ахейски, и перешел на ярянский, так что общий язык они нашли. Он и его отец Алесандрос Кстиреос были мастерами- изготовителями волшебных удивительных игр. Оказалось, что султан Эа объявил состязание на лучшую игру для своего сына Мехмеда. Игроделы съехались со всего Андимира. Даже выход во второй тур уже окупал стоимость переезда из Ахеи, а уж если удастся выйти во финал… Да и дополнительная известность их игре была нужна. Игра была посвящена управлению чудесными игрушечными воинами, ходившими по несложным лабиринтам. В лабиринтах их ждали столь же волшебные големы. Надо было добраться до голема, напасть на него и отобрать сокровище. Управлялись воины складыванием в стопку особых карточек, на которых были команды «Идти вперед», «Повернуть», «Атаковать», «Ждать» и так далее. Еще раз поблагодарив Фаруда, юный Филасеос пригласил своего благодетеля посетить  послезавтра первый тур состязаний.

На следующий день наши пилигримы переехали в караван-сарай. Найти Саида Меднолобого оказалось не сложно. Он хотел 150 полновесных монет с человека за доставку до места Возвышения, предоставляя при этом как защиту, верблюда и место в палатке, так и всю необходимую провизию. Принявшийся было торговаться Герей не слишком преуспел, но все же смог выяснить, что для опытных бойцов и чароплетов, готовых защищать караван при нападении врагов, будет скидка. Договорились встретиться для проверки бойцовских качеств пилигримов на следующее утро. Тем временем Ярополк еще раз посетил посольский приказ, с собой у него были бумаги из оборонного приказа с просьбой помочь их предъявителю всем, чем только можно. Вадимир пообещал оплатить для Ярополка место в караване, тем более что у Ярополка был собственный неутомимый зачарованный бронзовый скакун. В середине дня посетил Вадимира и Герей. Ему тоже достался бесплатный проезд в караване. Тем более что у него было трое слуг, и проезд обошелся бы недешево. Вадимиру удалось выяснить, что Пересмешник появлялся в Эа дня три назад и щедро заплатил местным бандитам за то, чтобы его известили, если в порт войдет весьма приметная шебека Пьяный Симург. Что же, выходило, что визита Пересмешника стоило ждать где-то на пути каравана.

На третий день пребывания в Эа наших героев ждала султанская ярмарка игр. Игр было великое множество. Нашли и палатку Кситреосов. В ней Александр и Филасеос демонстрировали свои чудесные куклы и давали попробовать играть с ними всем желающим. Одна кукла стоила 100 кун, а полный набор 1000. Можно было купить и простую версию игры, где вместо волшебных воинов и големов были просто фигурки, но правила игры оставались точно такими же. Стоила на ярмарке в Эа эта игра всего 200 кун. (Кстати, вы можете ее купить и в нашей реальности  ;) )

Утром четвертого дня караван Саида Меднолобого вышел в путь. Во главе каравана ехал сам Саид. К седлу его верблюда была приторочена высокая пика. На ней скрытые до времени на особом перекрестье развевались три бунчука чернопламенного оттенка. Утром и вечером караван шел вслед за Саидом. Ночью и на время полуденной жары разбивался привал. На земле выкапывалась неглубокая яма. В ней расстилали тонкую кожу, и на нее проливалась дождем ниспосланная Стрибогом влага. Ничего особого, но присутствие жреца позволяло Саиду не зависеть от колодцев.

Репутация и опыт Саида творили чудеса. Лишь два раза мирное шествие верблюдов прерывалось. В один из особенно жарких дней поднялась пыльная буря. В ее разгар по руслу вади прилетели настоящие языки пламени. Саид оказался готов к этой проблеме. Его люди соорудили из своих щитов переносную стену и ловко отразили несколько сгустков огня, летевших прямо в гущу верблюдов и людей.

На пятый день пустыня сменилась каменистой путаницей ущелий. Здесь было легко сбиться с тропы, свернуть не туда, но Саид свое дело знал твердо. Неожиданно чуткое ухо пехлевана Фаруда услышало шум приближающихся всадников. Вскоре из-за поворота вылетела дюжина всадников на верблюдах, с развевающимися за спинами белыми плащами. Один из всадников был в черных одеяниях. Он грозно вздел руки, готовясь сплести убийственную чару, но Огнелиса успела призвать к силе Сварога раньше. Она сотворила в гуще врагов яростную вспышку огнистого света.  Некоторые враги, в том числе и Пересмешник, ослепли. Оставшиеся поскакали вперед, на полном ходу стреляя из луков. В ответ бойцы Саида ответили залпом из легких самострелов и, бросив их, обнажили мечи и сняли с луки седел щиты.

Тем временем Рушан, пардус Огнелисы, зашел вбок вдоль стенки ущелья и, пропустив мимо себя авангард бандитов, стремительно бросился к верблюду Пересмешника. Ловкого броска могучего пардуса верблюд не перенес и завалился на бок. К собственному несчастью, Пересмешник был хорошим волшебником, но паршивым наездником, так что туша верблюда прижала его к земле. Стоит ли добавлять, что ни колдовать, ни просто выбраться из-под скакуна Рушан ему уже не дал.

Тем временем его хозяйка, презрительно скривив губы, призвала вторую вспышку среди оставшихся не задетыми бандитов.  Паника их верблюдов полностью прекратила атаку, и бандиты принялись отступать. Фаруд ловким ударом ноги заставил упасть одного из верблюдов. Его ослепленный всадник кубарем полетел на землю и сломал шею.  Ярополк бросился в погоню и одного из бандитов захватил живьем.

После привала и огненного погребения Пересмешника и одного из бандитов караван пошел дальше. В сени проклятого леса пилигримов встретил мрачный черный витязь, закованный в доспехи. Ростом он был с всадника, сидящего на верблюде, и опирался на двуручный молот. Это был вестник Огненного шейха. Пришлось уважить могущественного и таинственного хозяина этих земель. Витязь привел караван на большую поляну посреди леса. Там стояли шелковые шатры,  в центре, как и положено, возвышался самый большой.

Огненный шейх был могуч и необъятен. Ростом под два метра, он был широк и в плечах и в талии. Радушно поприветствовав Саида и избранных участников каравана, он пригласил их на пир этим же вечером. Плененного бандита он забрал себе.

Пир у Огненного шейха был шикарен. Жареное мясо. Щербет. Незнакомые вкусные фрукты. Легкое вино. Прислуживали за столом невысокие человечки, одетые в светло-бурые робы с надвинутыми капюшонами. Для каждого из гостей шейх нашел свое время и свои слова. Миссию Ярополка он одобрил. Поинтересовался товарами Герея и Фрола. Кстати, ложки Фрола ему пришлись по вкусу, а с перепугу Фрол еще и продешевил в цене. Ножи Фрола были неплохи, но шейху не особо нужны. Тем не менее, усмехнувшись, шейх заставил Фрола продать парочку ножей задешево. Переговорив о чем-то с Фарудом, шейх дал туранскому пехлевану какое-то задание и пообещал за его выполнение помощь своего брата, живущего в Туранских горах.

Танец Огнелисы стал гвоздем этого вечера. Наверно, никогда еще такое пламенное вдохновение не приходило к ней. Разве могут скудные слова описать такое? Наверно, не было на пиру таких мужчин, чьи сердце и чресла не наполнились бы огнем вдохновения (результат проверки навыка 36!!!). «Ах, красавица, – произнес Огненный шейх, – ты прекрасна, словно Пери. Ты услада моего сердца. Я хочу оставить тебя подле себя и посадить словно драгоценную птицу в клетку, сотканную из самоцветов. Не стану вставать на пути Сварога, ибо ведаю о твоем текущем пути, но знай, что лучше бы тебе остаться возле его ног, ибо клянусь прародителем, на обратном пути я тебя похищу и больше уже не отпущу!»

Перепуганная и одновременно польщенная восторгом могущественного властителя, девушка ни жива, ни мертва села на свое место. На следующее утро караван отправился дальше…

View
Чудесное спасение
Путешествие на Пьяном Симурге по Туранскому и Кипящему морям

Свежий западный ветер вырвался из за мыса. Руль пришлось перекладывать вправо. Косые магрибские паруса Пьяного Симурга могли идти круто к ветеру, но корабль немилосердно качало. Лишь только миновали мыс и стали выходить в открытое море из за прикрытия скал высокичил два баркаса. Их паруса уже были подняты и шли они лучшим курсом. Полные сил крепкие парни гребли что есть мочи.

«Пираты капудан», – выкрикнул один из матросов.  «Нападение справа по борту. Все наверх!» – эхом рявкнул Актей. Засвистели десятники. Огнеслава в это время была в каюте ходжи Дера. Резко вскочив, она при помощи ходжи надела зерцало и рванула на палубу. Там уже собрались  офицеры корабля, матросы, Герей ибн Завид и Фаруд. «Они не понимают на кого напали», – насмешливо обронил Актей и добавил, – «Тес ало, разворачивай. Уважаемые пассажиры, сейчас мы щелкнем этих сявок по носу и продолжим наше плаванье. Может кто то из вас хочет развлечься?». «Хочу», – мрачно заявила Огнеслава, поднявшись к капудану на ют, и швырнула в один из баркасов шар огня. Раздувшись до размера баркаса, шар охватил его пламенем. Гребцы с воем боли попрыгали в море или упали на дно лодки. Стоявший на носу второго баркаса пират тут же поднял руки и закричал: «Нас обманули. Мы уходим.» Не дав ему договорить, Джуди пробормотала закльятье покрывшее нос баркаса и море перед ним толстой и скользкой коркой льда. Неловко взмахнув руками, говоривший упал в воду, а кормчий баркаса, ругая на все корки гребцов, принялся его споро разворачивать.

В это время Фаруд заметил, стоявшего на мысу человека в черном и с криком показал на него.  Черный, использовав чары,  создал целый айсберг на полпути к Пьяному Симургу. Не ожидая дальнейшего, один из матросов и Герей ибн Завид пустили по стреле в чародея. Тот переместился на айсберг и, получив еще одну стрелу в плечо, сотворил могучую волну, ринувшуюся к борту шебеки. Сделав это, он обернулся скатом и прыгнул в море. От волны никто не пострадал, разве что Огнеслава, будучи существом сухопутным чуть не упала за борт. Спустя еще три дня шебека проскользнула на рейд Акбара. Актей был хмур. Он приказал матросам вернуться на борт к темноте и посоветовал пассажирам быть осторожными вдвойне.

Герею ибн Завиду не сиделось на месте. Надо было продать купленные в Халебе светильники. Потолкавшись по городу он быстренько выяснил, кто возьмет их по лучшей цене и продал с немалой выгодой для себя. Перехватив поудобнее суму с золотом, Герей пошел в порт. Уже в порту ему встретилась припортовая чайхана. Сума была тяжела, да и потереться между матросов и навести справки. Заприметив подозрительного человека, он сел ему на хвост и пошел следом. Тот явно нанимал портового грузчика на какое-то лихое дело, связанное с Пьяным Симургом. Решив пустить кровь наглецу старый плут запнулся о какую доску валявшуюся на земле и выдал себя чуть раньше времени. Чужак развернулся и выдохнул что-то в лицо Герея из небольшой трубки зажатой в кулаке. Сознание померкло.

Темнело. Все уже были на борту и лишь ушлый торговец ибн Завид где-то задерживался. Фаруд задумчиво смотрел на берег. Вдруг его внимание привлек какой-то бродяга махавший руками и явно пытавшийся привлечь внимание кого-нибудь на борту шебеки. Баркас с Фролом, Фарудом и Огнелисой на борту быстро добрался до незнакомца. Путешественники с удивлением и тревогой увидели лежащего у его ног старика Герея. По словам местного тот нашел его примерно тут и припомнил, что видел, как он сходил с баркаса пришедшего с Симурга. Не бросаться же было бедолагу. Пришедший в себя Герей был сильно раздосадован случившимся. Вместе со спутниками он бросился разыскивать встреченных им людишек. Собеседника напавшего на него типа найти удалось. Это был местный грузчик Мамед.  Неизвестный нанял его для того, чтобы ночью Мамед подплыл к шебеке и, поднявшись на борт, дал тому знак, что путь безопасен и на часах никого нет. Само собой, когда Мамеду предложили дополнительный заработок, он радостно согласился так и поступить, ничего не сообщая татю о встрече с пассажирами Пьяного Симурга.

В ночной глуши смельчаки напряженно ждали появления неизвестного. К пассажирам присоединился и подручный Керман шаха Синдбед. Этот ловкий малый и решил проблему ночного гостя. Он хорошенько оглушил его, а подоспевшие соратники его быстренько связали. Ночным гостем оказался сектант черной Радуги. Фанатик своей веры, он смеялся в лицо своим врагам, готовым его убить. Что же, вода скроет любые тайны…

Хорошенько изучив палубу в месте боя, Фаруд заметил дорогой медальон, закатившийся под банку. Медальон был приметной вещью и принадлежал главному визирю падишаха Арвада. Да… проблемы должны были последовать. Опытный Актей отправил на берег свою  кошку Фиру. Похоже она знала пару другую котов во дворце и через пару часов стало ясно. Надо срочно убираться из Арвада прочь. Неизвестный недруг уже поднял тревогу и в ярости Падишах приказал во что  бы то ни стало разыскать похитителей. Оставив медальон на пирсе, капудан Актей приказал поднимать паруса.

Настало утро и к своему ужасу беглецы заметили на горизонте преследующие их паруса. Галеры падишаха, – сразу же объяснил опытный капудан, – нНам не уйти от них. Галеры быстрее и у них на борту наверняка есть морской чародей посильнее Джуди. Хлопнув себя по лбу, Герей бросился уже при свете дня внимательно обыскивать каждую щель в месте ночной схватки. В скором времени он нашел небольшою зачарованную жемчужину. Покачав головой, он молча выбросил ее в море.

Редко моряки встречают начинающийся шторм с надеждой, но так и случилось. Корабль был крепким и новым. На борту была морская ведьма и шансы выжить в шторме были точно выше, чем в абордажном бою с воинами и магами падишаха. Решено. Шторм так шторм, но еще до того, как яростные волны вцепились в новую игрушку, соратники заметили, как темная тень стремительно промелькнула мимо Пьяного Симурга и вскоре на приблизившиеся галеры падишаха обрушились щупальца зловещего кракена. Похоже у них были не только неизвестные недруги, но и тайные покровители. Слава Сварогу, что кракен напал на врагов. Бой с таким чудищем сулил мало успеха.

Пятый день яростный шторм непреклонно гнал суденышко в неизвестную даль. Судя по всему, Туранское море уже осталось далеко позади парусов. Цвет вод изменился, и теперь их окружало Кипящее море. Впереди показался просвет, и вот потрепанная шебека очутилась в оке шторма. Здесь было жарко и ясно светило солнце.  Посреди тихой пяточка стоял маленький чудесный замок, приткнувшийся на неизвестно откуда тут взявшейся скале.  Похоже, могучая воля, приславшая за ними яростный шторм желала, что бы они что то сделали в этом замке.

Вот тут то и начались проблемы. Матросы наотрез отказались ступать на зачарованный остров. Ходжа Дера и Ярополк сказались больными. Пришлось выполнять волю Ящера Огнелисе, Герею ибн Завиду, Фролу и Фаруду. Замок был сложен из чудесного красно-белого коралла. Под гладью вод виднелись врата в основании замка, а сам замок окружал настоящий сад из морских растений и губок. Впрочем, и на суше удалось найти лестницу, поднимающуюся к ловко задекорированной тайной двери. Остановив на время товарищей, Огнелиса сотворила огненные крылья, облетела замок и увидела в окна уютную залу с диванами по краям. На лучшем диване неподвижно сидел высокий синекожий джин, а на ковре у его ног недвижно лежали шестеро прекрасных девушек с синими и зелеными волосами. На небольшом столике у дальней от джина стены лежали странные старые гусли. Струны их перебирались сами собой. Во всей это картине было явное присутствие колдовства. Хозяин замка явно был зачарован и не мог сам освободиться от пут.

Услышав рассказ Огнелисы храбрецы переглянулись . Надо было остановится зачарованные гусли, но как не попасть под их чары? К счастью у Фаруда было с собой мыло. Огнелиса жаром своих рук смягчила его и все налепили из мыла затычки для своих ушей. Решительно распахнув дверь, Фаруд шагнул внутрь. Бравый пехлеван и не заметил, что пара его спутников оказалась ошеломлена тоскливой музыкой гуслей, а Фрол отскочил назад, вместо того, чтобы пойти за ним следом. Что же, порой и один в поле воин. Фаруд положил руку на струны гуслей и тоскливая жалейка затихла. Одна из девушек пошевелилась и застонала. Фаруд достал флягу с водой и бережно начал поить ее. Вскоре она пришла в себя и попросила ее и подруг отнести в воду около замка. Там им стало лучше, а вскоре в себя пришел и могучий джин.

Его звали Рад бен Наби бен Марит абд аль-Кадир и он был шах и великий сказитель среди джиннов. Эти гусли когда-то принадлежали его смертному другу Славомиру. Их принес странный гость полу- человек полу- змея и сказал, что это последний дар Славомира. Шах джиннов позволил тревожному и печальному наигрышу гуслей проникнуть в свою душу и теперь об этом жалел. Ведь его прекрасные служанки оказались на грани смерти, да и сам он оказался в страшной опасности. Осталось проверить замок, не затаился ли где-то в нем неблагодарный змеелюд. Замок был совсем небольшим и змеечеловека нашли зачарованным ловушкой на двери спальни хозяина замка, а пущенные им тайно в замок соляные иблисы метались по всему этажу. Бой с мелкими тварями был недолгим, а одного Огнелиса взяла живьем и решила подарить своему гепарду.

Джин щедро наградил своих спасителей. Фролу он подарил 10 красивых черных жемчужин. Герею ибн Завиду чудесный гребень. Огнелиса смогла перемолвиться и познакомится с огненным джинном, а своем непосредственному спасителю Фаруду шах джиннов припас самое дорогое. Он согласился воскресить его семью. Дело было не быстрым и семья его должна была встретить на обратном пути.

В скором времени Пьяный Симург вновь поднял паруса и свежий морской ветер погнал его к берегам Магриба…

View
Отдать швартовы
Пьяный Симург уходить в плавание

 

Жарко нынче на Лукоморье. Дальние берега Турана закрыты серыми облаками. У пирса стояла красавец парусник с косыми латинскими парусами. У трапа стоял молодой матрос в цветастой шелковой рубахе и столь же нелепых штанах и сложив руки на груди наблюдал за собравшейся перед кораблем компанией.

Суетливый купец Герей ибн Завид в компании с товарищем и парой плохо одетых рабов с тяжелым сундуком странной работы. Дюжий ярянский коробейник Фрол с коробом за плечами. Коренастый и крепкий туранский пехлеван Фаруд аль Талими с тенью напряжения и скорби в глазах. Ярянский витязь Ярополк в богатом кафтане с сундуком на колесиках возле него. Последним прибыл известный богатый туранец ходжа Дэра Керман шах со свитой. В свите были разодетая в яркие шелка молодая рыжеволосая женщина Огнелиса с гепардом у ее ног, а также  аляповато и богато разодетый мужчина по имени Синдбед семенивший слева и чуть сзади от ходжи Дэра. Позади ходжи шли несколько охранников во главе с опытным багадуром Бехремом.

«Хей, матрос, позови капудана», – воскликнул Керман шах и с корабля спустился молодой ахеец в столь же ярких, как и матрос одеяниях. «Это я, Актей – симург морей и атаман этой шебеки. Моя шебека зовется Пьяный Симург. Моя правая рука знаменитный ярянин Кривда. Моя левая рука прекрасная Джуди. Кроме того хочу представить нашего гения-корабела по кличке Тесало и нашу корабельную кошку Фиру. Добро пожаловать почтенный Керман шах. Кроме вас и ваших людей на корабле поплывут еще несколько пассажиров. Они рядом с вами. Мне передавали, что вы не против их общества. Путь не близок и достаточно опасен, чтобы несколько умелых и бывалых пар рук оказались лишними.

На небе хмурились облака. Накрапывал дождь. Волны ритмично качали палубу. Свежий северо-западный ветер споро гнал корабль к Халебу, куда Актею надо было доставить груз. Обычные насады ярян ходили кругом, вдоль берегов туранского моря, но Пьяному Симургу было все нипочем. Джуди была настоящей морской ведьмой и умела завораживать погоду. Герею же было худо. Нечасто он ходил морем и вот каждый раз первые пару дней ему было тошно. К тому же ему постоянно мерещился гепард Огнелисы играющий в шашки то с одним матросом, то с другим. Финальным аккордом «галлюцинаций» было видение гепарда играющего с корабельной кошкой. Герей потряс головой и пробормотал «Первый раз такие мощные глюки».

Огнелиса все время проводила с ходжи Дэра. Он так много повидал в мире, что его рассказы можно было слушать вечно. Фаруд решил сыграть в шашки с гепардом. Поначалу проиграв наглой и явно разумной пятнистой кошке, он нахмурился и сжал пудовые кулаки. Гепард нервно дернул хвостом и Фаруд тут же начал выигрывать. Фрол и Ярополк все больше молчали, но держались инстинктивно поблизости друг от друга. Вокруг одни туряне. Надо было держать ухо востро.

К вечеру четвертого дня шебека тенью проскользнула на рейд Халеба. После беседы со стражей порта Актей распорядился о разгрузке корабля и отпустил большую часть команды по трактирам. Огнелиса, ходжи Дэра и примкнувший к ним Ярополк отправились в лучшую чайхону порта. Герей рванул по лавкам прикупить товара ходкого в Арваде, а Фрол просто решил немного размяться на твердой земле. В Чайхоне Ярополк заметил, что к ним приглядывается странный местный житель, неловко отворачиваясь от прямого взгляда на себя. Когда ходжи оправился на борт корабля, Ярополк решил проследить за доглядчиком. Тихо ходить он был не обучен, но ему совершенно внезапно помогла Огнелиса, убедительно разыгравшая его подружку. Доглядчик, пожав плечами, поспешил дальше и свернул в припортовые трущобы. Там его Ярополк с Огнелисой и прижали. Запугивать ярянин тоже не был обучен. Он родился для сечи и был прям как клинок харалужного меча, но вдруг лицо доглядчика исказилось ужасом. Бросив взгляд через плечо, Ярополк увидел, что в карих глазах Огнелисы полыхало настоящее пламя. Перепуганный доглядчик рассказал, что хромой Мансур послал его последить за пассажирами с пьяного Симурга, подслушать все что можно и доложить. По слухам Мансур работал на некоего Пересмешника. Перехватив меч обратным хватом, Ярополк полоснул крысеныша по горлу и размашисто зашагал обратно на корабль.

Тем временем   к Фролу пристал к распросами местный лоточник туранец. Будучи и сам офеней ярянин заинтересовался, чем тот торгует и с некоторым шоком и удивлением узнал, что он продает какую-то дурную травку. Отказавшись ее купить, он спешно вернулся на борт корабля. А спустя 15 минут все тот же туранец уже нахваливал свой товар Огнелисе и Ярополку. Сам не понимая зачем, Ярополк взял пакетик дури и спрятал его в кошель. Туранский продавец травки тоже слышал о Пересмешнике. Похоже, это был какой то местный глава городских татей и он интересовался Пьяным Симургом. Все это обеспокоило витязя.

Утром корабль выскользнул из порта и пошел вдоль берегов к Арваду. Через пару часов возле невысокого мыса корабль был вынужден немного изменить курс и обогнуть подводные скалы.  Из за мыса выскочила наперерез Пьяному Симургу пара баркасов. На веслах баркасов сидели какие-то просто одетые людишки лихого вида. Это явно были не гостеприимные рыбаки со свежим уловом …

View
Рывок к вратам
Последние бои на нижнем уровне пещер Аатосклаани

Тревожный оклик Викрама заставил отряд собрать во едино разбегающиеся мысли. Не время оплакивать смерть Тихомысла. Приближались тяжкие шаги истукана с бычьей головой. Схватив под мышки тела обоих Тихомыслов, компания бросилась бежать на верхние уровни. Впрочем истукан казалось и не заметил их бегства. Путь на этот раз пролегал через странный долгий холл битком набитый странными артефактами и диковинами. Сам толком не понимая, почему это делает, Викрам прихватил одну из шкатулок стоящую на отдельном столике рядом с проходом.

Чуды к этому времени опять успели весьма комфортно расположится у новой подземной заставы. Кастаа нахмурился узрев два обгоревших тела. По меркам обычных людей он был настоящим гением и к должным выводам пришел молниеносно: «Кто из них Свечник? Тот что с браслетами на руках? Хорошо… Мой дед отомщен. Заберите его тело потом с собой. Я не хочу хоронить его по нашим обычаям. Второй Тихомысл тоже погиб. Судя по ожогам в тот же момент? Удивительно и жутковато. Никогда не верил в проклятье двойников, но вот иди ты же».

Тем временем Викрам открыл крышку прихваченной снизу шкатулки. В ней лежал просто ограненный прозрачный камень, похожий на алмаз. Он источал ясный и какой-то очень теплый и ласковый свет, огромной силы. На лестнице снизу и моментально резко выделившихся теней соткался странный высокий, изящный человек в серебристой броне удивительного плетения с волосами странного оттенка рыжизны. Его чело перехвачено тонким обручем. Левой кисти руки у него не было. На поясе висели ножны сабли со странной рукоятью.

Он заговорил на странном певучем языке, которого никто не знал, понятный лишь Викраму: «Этот камень мой по праву. Его создал мой отец и я связан с ним нерушимой клятвой. Вручи его мне». Оторопев от этого странного события Викрам молча протянул ему камень. Со вздохом облегчения странный витязь ненадолго сжал его в своей правой руке и убрал в кошель, висящий на своем правом боку.

Похоже пришелец не знал ни одного языка известного собрашимся, а те не понимал языков на которых говорил он. Тогда Радослав решил опробовать силу недавно приобретенного кольца и прикоснулся к локтю витязя. Теперь он знал его язык и мог не только перевести его слова, но что то сказать ему в ответ.

- Я первый сын Огненного духа, но вы можете звать меня господин Майтимо. Скажите, где я оказался? Узор на этих стенах не похож на обычную работу  низкорослого народа, хотя те что ниже и похожи на создания Первого Молотобойца, но есть и заметные отличия, – произнес певучим голосом Майтимо.

- Мы рады видеть вас у себя в гостях господин. Вы находитесь в чужом для себя мире, известном как Андимир. Сейчас мы находимся в чертогах народа чудов. Здесь присутствует глава ветви одного из чудских родов Кастаа. Кастаа при нашей помощи очищает свои древние родовые подземелья от разного рода тварей давным давно захвативших их, – произнес в ответ Радослав, переводя ответную речь Касты.

Радослав не был профессиональным переводчиком, а дипломатом был еще хуже. Касту это беспокоило и не став рисковать, он достал драгоценный камень понимания и вручил его прищельцу. Теперь он мог говорить с каждым и понимать слова каждого в ответ.

Пришло время заняться делами. Согласно договору с Ииро каждого из вернувшихся снизу чуды проверили очарованием. Их родовой талант проявился пугающе и чудно. Чуд подходил почти вплотную к своей цели и протягивая руку уменьшался в размерах словно входя в левой ухо цели. Выходил он почти сразу же через правое ухо. В околдованном вспыхивало бурное чувство дружеской привязанности к чудину, а сам чудин, согласно пояснения Касты в этот миг видел особую картину внутреннего мира околдованного. Он сразу показывал к какому народу принадлежал он.

Разобравшись в происходящем, Майтимо взялся оживить Тихомысла. Он умер совсем недавно и не успел еще по словам однорукого пришельца пройти по каким то там залам вечности. Прекрасный голос однорукого баяна пел какую-то из былин его странного мира о горящих кораблях и крови, о сражениях и бесчисленных потерях ждущих впереди, а также о том, что клятва и воля способны превозмочь все. Даже смерть. В такт его песне обгоревшее тело Тихомысла кукольника село. Глаза его вновь открылись. Не мешкая, Майтимо бросил петь и подскочил к нему. Тихомысл вновь бездыханно упал на пол, но Майтимо успел прикоснуться к его лбу и мягкое сияние перетекло из его руки в тело волшебника. Раны на глазах стали затягиваться. Тихомысл вновь ожил. На этот раз уже на совсем.

С воскрешением Тихомысла можно было заняться боевыми планами. Кастаа не стал пускать дела на самотек и возглавил военный совет. В первую очередь он предложил отправить разведчиков вниз для того, чтобы изучить маршрут истукана. По его мнению правильно подготовленная атака могла быть быстрой и эффективной. По крайней мере он верил в мощь дюжего Синего Мха, и к тому же, он взялся обеспечить компанию оружием из адамантия, способного крушить каменную плоть истукана.

Бой с дюжим каменным быком из темного серого глянцевого камня оказался быстрым. В конце концов, каждый знал, что ему делать, а заклинатели заметно усилили храбрецов сошедшихся грудь с грудью с древним големом. Обломки обсидиана, из которого он состоял растащили практичные чуды. Для них это был просто интересный камень, из которого можно было сделать немало красивых вещиц.

Настало время изучения зала врат. Темных дух, казалось, был соткан из самой фиолетовой ткани открытых врат. Он словно прогуливался влево и вправо около них, временами поглядывая вглубь врат. Посовещавшись наши герои решили проверить его защиты и способности. Тихомысл несколько раз исподтишка наслал на него призванных монстров. Сиреневый туман стелящийся около врат сковывал лютым холодом любого приблизившегося к стражу врат. Сам врат был бесплотным темным духом, но дара к чароплетству не потерял. К тому же касания были наполнены навьей силой и буквально на глазах высасывали жизнь, поднимая убитых подобным ему тенями подчиненным ему самому. К тому же при попытках атаковать слагавшая его мгла просто расступалась, пропуская атаку без вреда для себя. Интересным оказалось еще и то, что временами страж ненадолго менялся обликом. То он становился огненным духом, то странным монстром из щупалец и когтей. Несколько раз он даже стал сияющим витязем с огненным мечом и зеркальным щитом.

Предупрежден, значит вооружен. На новом военном совете был составлен план сражения со стражем. Чароплеты собрались максимально защитить богатыря Станимира. Остальные бойцы, не ступая в зону мглы около самих врат, собрались атаковать на расстоянии чем могли. Кукольник, Кастаа и Сооли взялись противостоять чарам стража и не давать ему колдовать.

Сражение было куда более длительным, чем бой с каменным истуканом. Страж был почти не уязвим для атак чарами и клинком. Он постоянно пытался плести свои заклятья, которые отражали сразу трое противников. Но все же смена воплощения его подвела. Он стал из бесплотного духа, светлым витязем и могучие удары Станимира его тут же изрубили на куски. Страж был низвержен. Подземелья рода Аатос полностью освобождены.

Благодарные чуды позволили забрать союзникам из Светлого Яра безделушки, присмотренные ими на складе диковин нижнего уровня. Каждому вручили по шкатулке яхонтов на 5000 кун стоимости и чудесной работы чудской светильник. Кроме того, каждому подарили изрядную крицу адамантия, имевшего высокую стоимость на рынках Светлого Яра. Каждому же стрельцу и прочему люду, не спускавшемуся вниз, подарили чудное украшение работы чудов с вделанным в него лазоревым яхонтом.

Сцена за титрами…

Тиша с интересом рассматривала деревянный жезл причудливой работы. Он был стилизован под котенка с длинным пушистым хвостом – рукоятью. На хвосте вилась надпись «Направь и скажи Мяу». По словам Оску жезл мог преврать жертву в котенка.

«Надо попробовать при случае», – решила страстно любившая кошек девушка…

View
Сражения в зачарованных залах
Герои спускаются на уровень врат

Храбрецы спустились в глубины земли. Перед ними открылся просторный зал. Когда-то в нем кипел жаркий бой. Виднелись скамейки, обломки статуй, скелеты в разного рода сохранности доспехов.  Лишь только наши герои шагнули в зал, горстка разнородных скелетов в бронях тяжких в купе с парочкой скелетов волшебников напали на доблестных проводников воли наследника высокого престола. Что там скелеты, разве они могут доставить серьезные проблемы? Одновременно со скелетам активизировалась и мраморная статуя с посохом. У статуи были изрядные колдовские способности. К счастью для авантюристов бой с потенциальным союзником им удалось остановить, причем ценой изрядных усилий.

Статую звали Ииро. В древности, еще при жизни. Этот волшебник занимался исследованиями использования души для вдыхания жизни в волшебные диковины. Во времена, когда на убежище напали враги, он работал над удивительным каменным магом. Это должно было быть вечное, не стареющее тело, для души волшебника. В критический момент, он вдохнул в нее свою душу. Ко времени, когда враги прорвались на четвертый ярус убежища, их осталось совсем немного, как впрочем, и защитников. Последним козырем нападающих стал оживленный истукан из черного камня в виде человека с бычьей головой. Магам чаровникам Аатос было крайне сложно ему противостоять. Ииро уже в каменном теле остался сдерживать последних бойцов и магов нападающих. В то время, как чародей Керрту бросился к незаконченным вратам. У Керрту была идея, как победить "быка". Идея Керрту сработала как-то не так. Неодолимая волна силы Нави затопила подземелья, коверкая под себя мертвых и живых. Лишь Ииро, да дух странствий смогли остаться сами собой.

И вот потянулась вечность… Все также Ииро хранил путь к последнему уровню и вратам и сдерживал наскоки врагов, уже ставших навьями. Став статуей он многое приобрел, но многое и потерял. Мышление стало жестким, ригидным. Оно словно начало покрываться слоем кальцита. Единственным собеседником и наверное другом стал бывший чуд и сородич, обращенный Навью в нежить. Он был странным этот нав. Не хотел терять себя и становится тварью и зверем. Играл на кантеле. Придумывал мрачные сказки… Полторы тысячи лет…

Ииро особо предупредил высоких людей о странном наве, не желающем сражаться. Просил не трогать его, но увы, первым делом ватажники сунулись именно в его залу. Поначалу нав сдержал себя, но уйти подальше герои не догадались и не в силах больше сдерживаться нав кинулся на них. Если бы вы только могли себе представить как сильна и неодолима становиться за полторы тысячи лет жажда жизни. Нава убили. При том, Тихомысл не слишком мудро использовал чары едкой ловушки, и в нее ловкий нав столкнул богатыря Станимира. Тот собирался было раствориться в плещущейся на дне едкой кислоте, но вовремя вспомнил, что все же оборотень. Перекинулся в оборотня и вырвался на свободу.

Ииро в гневе и ярости укрылся в чаще подезмного сада. Ему не с руки было сейчас принимать бой с боевой группой чужаков. Предыдущая стычка опустошила его запасы чар, а твари из подземного сада ничего сделать ему не могли и уже привыкли к его прогулкам. Не обнаружив Ииро, исследователи подземелий поняли, что на того, по всей видимости, произвело сильное впечатление уничтожение его старого приятеля, столь немудро случившееся прямо на его глазах. Тем временем Тихомысл нашел на каменной скамье странную зачарованную куклу и не долго думая сунул ее в котомку. После яростного спора герои приняли решение отойти к блокпосту чудов и посовещаться.

На импровизированной заставе за главного был сам Кастаа. Выслушав сбивчивые речи союзников, он с ледяным спокойствием достал табличку и произвел методичный опрос каждого из них с фиксацией результатов. Могучий интеллект Кастаа помог ему быстро и эффективно решить все вопросы. Вместе с героями он спустился на тот уровень убежища, где затаился обиженный каменный маг. Вместе с ним спустились и прочие чуды. Они принесли мешки и носилки и под руководством старой Акка аккуратно собрали все останки. Чуть позже она вместе с Сооли собиралась, используя особые духовные чары,  отпустить порабощенные навью души, избавив их от нового возвращения в бренные тела.

Кастаа вместе с Тихомирой пошел в каменный сад. Подстраховывала их Тиша, мелкой полосатой кошкой прошмыгнувшая в угол сада, где стояла малахитовая сфера власти над растениями. Кастаа смело вошел в сад. Время сила Нави были немилосердны с растениями. Все тут шевелилось, обладало странными цветами и формами. Даже у цветов на лужайке около входа было по глазу.

Кастаа обратился с скрывающемуся среди иномирного буйства жизни Ииро с речью в которой он говорил о том, что он и его чуды потомки клана. Они пронесли сквозь десятки веков его традиции и его тайную силу. Удалось спасти пять детей из времен Ииро и сейчас они играют вместе с их собственными детьми. Кто если не он, последний страж цитадели научит их древним знаниям и традициям. Ииро страж и его долго не охранять врата, а оберегать и сохранять самое ценное – будущее рода. Они, чуды и высокие люди разберутся с вратами и найдут способ закрыть их и со временем взять под полный контроль. Прямо сейчас они похоронят останки всех чудов, погибших в этих местах, а здесь поставят заставу и смогут проверять отряд высоких людей, которые пойдут вниз, при помощи тайного очарования рода. Ведь тот, кто под чарами не станет лгать никогда.

Тихомира в свою очередь принесла извинения за бой с его старым знакомым и сообщила, что они смогут его вернуть к жизни при помощи чар воплощения. Он снова будет жить, как мечтал так долго. Ииро не был жестоким и слова чуда и ярянки тронули его каменное сердце. Он простил всех и пошел посмотреть на жизнь клана. Чуды же перенесли заставу на этот уровень.  Доблестные же герои взяли небольшой отдых от боев в подземельях до поры, пока сила духа странствий не сможет вернуть к жизни Викрама.

Тихомыслу не спалось. Только что он пришел в себя от тягучего и мерзкого кошмара. Ему снилось, что он нав и коротает вечность в небольшой зале. Вдруг в комнату входят шесть полуобнаженных девушек с кувшинами вина и подносами явств. О, как хочется ПИТЬ. Вдруг одна из них с размаху бьет кувшином по голове. Рана на голове саднила.   Кошмар на следующий день был настолько реален, что испугал до дрожи в ногах и руках. Ему снилось, что он лежит в красивом странном коробе. Мимо него нескончаемой рекой проходят все кого он когда-либо видел в жизни и последними к его телу подошли Тихомира и Викрам. В руках у Викрама был здоровенный осиновый кол. Его спутники без тени сомнений вместе всадили кол в его грудь. С криком боли Тихомысл проснулся. Рана на груди кровоточила и сильно болела. Пришлось пойти и рассказать все соратникам. Тиша исцелила телесные раны, а матушка Тихомира помолилась о снятии проклятья. Две ночи прошли спокойно и только маг уже успокоился, как кошмар вернулся. Ему приснилась деревенская свадьба. Долгий стол с пирующими, как вдруг к нему подбежала девушка с внешностью найденной куклы и стала бить его букетом боярышника с криками: «Думал сбежать от меня? Изменить с другой? Вот тебе, вот. От меня не скроешься». Кукла. Проклятая кукла переборола проклятье и вернулась вновь. С горя Тихомысл пошел к духу странствий за советом и он, как это не странно помог. «Заботься о ней. Не стыдись и тогда мрачный дух куклы будет доволен». Так и случилось. Тихомысл добыл для куклы платье и украшение у чудских детей. Носил ее на поясе и в следующем сне просто качал куклу-девушку на качелях. Впрочем она обещала научить его шить и заняться воспитанием.

Спустя положенный срок сила бубна чудес возобновилась и ударом в него дух странствий вернул к жизни Викрама. Теперь отряд был в полных силах и снова готов к покорению древней цитадели чудов.

Глубинный уровень был хорошо освещен. Все те же привычные коридоры затейливо украшенные вязью древнего орнамента. На ближайшей развилке свернули налево и в скором времени попали в коридор с дверями, запечатанными волшебными чарами. Символы чар ясно сияли синим свечением на дверях, и открыть их не удалось. Настороже  отряд прошел между ними и снова повернул налево. Вдруг за их спинами они услышали на ломаном чудском громкое: «Презренные, как вы посмели попрать своими лаптями залы чудов?» К ним неспешно шел худощавый ярянин, одетый в разнородные древние одежды чудского покроя. В левой руке он нес странное копье. У копья было широкое дубовое древко и каменный наконечник.

Похоже, это был тот самый Тихомысл «Свечник». Разговор с ним не задался. Он сразу надменно отверг попытки говорить на ярянском, обозвав его собачьей мовой. К тому же он заявил, что он вовсе не ярянин, а славный чудской богатырь Перкун и копье свидетель его славным свершениям. Впрочем, разговор был недолгим. Часть бойцов отряда приготовились прыгнуть на безумного мага, но первым успел Тихомысл «Кукольник». Он окружил своего тезку непроницаемым шаром из чистой силы. Быстро выяснилось, что ни атаки, ни чары с обоих сторон сделать ничего не могут. Мало того шар не пропускал даже звуки. Переговоры переписыванием мало что дали. Тем временем Свечник пришел к выводу, что врагов много, а один в поле не воин. Тогда он снял с пальца какое кольцо и взялся обеими руками за подвески на двух древнего вида браслетах, висевших на его руках. Кукольник с ужасом узнал в них какие-то версии ожерелий огненных шаров. Крикнув об этом, он приготовился швырнуть в Свечника какую чару, лишь только спадет шар силы. Тихомира и Викрам спешно защитили себя заклятьями от огня, а Тиша просто отошла подальше. Станимир и Радослав упрямо остались рядом с шаром, надеясь успеть раньше сбрендившего мага и скрутить его.

Развести руки в стороны оборвав нити рубиновых бусин оказалось так просто и быстро. Два яростных сплетения огненных струй вспухли в коридоре. Тихомиру и Викрама защитили их чары. Станимир был хорошим богатырем и частично прикрылся щитом и пострадал не смертельно. Радослав в диковинном прыжке просочился между струями огня и не пострадал совершенно и лишь два обугленных тела. Два Тихомысла лежали на полу бездыханно. Ох не к добру повстречать своего двойника…

Из коридора уже слышались тяжкие шаги каменного человека быка. Быстро схватив тела товарищи отступили прочь с негостеприимного уровня. Перед тем однако рысь Тиши дернула хозяйку за лапу и позвала за собой, посмотреть за угол. Там в конце просторного зала высилась арка черных массивных огромных врат из адамантия. В них ярилось фиолетовое пламя разрыва рубежа, а перед ними стоял дымный призрак сотканный из клубов фиолетового тумана. Страж врат. Скоро с ним предстоит попытать удачи в бою.

View
Лампа теней и черный хоровод Мораны
Викрам умирает в бою и становиться тенью.

Ожесточенный спор разгорелся на берегу призрачного озера. Оску, пока ватажники обсуждали план дальнейших действий, успел уговорить духа странствий, что они могут доставить детей в безопасности на жилой уровень клана. Зачем ждать еще, если детей можно вернуть к жизни прямо сейчас. Мнения разделились. В итоге друзья сошлись на том, что стоит зачистить непроверенную комнату по маршруту следования, из под двери которой раздавалось невнятное бормотание и после этого и правда можно вести детей. В мрачной темной комнате с переломанной мебелью коротали вечности два темных вечно бормочущих призрака. Они были не так уж сильны, чтобы стать тяжелой проблемой для закаленных в боях соратников. В скором времени дети вместе с каменным стариком уже были подняты наверх. Чуды были растроганы и очарованы. Настоящие спасенные дети из древних времен. У них в общине было пятеро своих таких оболтусов и древним было бы с кем играть и общаться.

Радослав не пошел вместе со всеми в подземелье. Его изрядно задел розыгрыш Оску, а в душе тлела обида на остальных членов отряда, смеявшимся над всей этой сценой. Впрочем, по здравому размышлению он успокоился и решил, что в ответ надо не менее коварно разыграть самого Оску. Долг платежом красен. Со Станимиром же случилась другая история. Вечером накануне он решил перекинуться в сокола и поискать следы великого Святогора в окрестностях долины. Залетавшись до темна он неожиданно понял, что с высоты птичьего полета все долины одинаковы и переждав ночь на какой-то сосне лишь ближе к полудню смог отыскать лагерь отряда. Встретившись, Радослав и Станимир решили догнать остальных и пошли к чудам. На мосту сидел вечный привратник Бархудар. Выслушав просьбу, он крикнул в расселину просьбу пустить еще двоих и врата открылись. В скором времени они уже ждали остальных у спуска в черную глубину.

Подняв детей на поверхность и получив подкрепление в виде Радослава и Станимира, соратники отправились обследовать караулку, расположенную рядом с грановитым чертогом. Широкая горловина прохода, ведущего в тьму из залы открывалась развилкой проходов, ведущих в неизведанную тьму. Из правого прохода слышалась тихая музыка, а по полу и стене ползли отсветы блеклых лучей. Неслышно тенью Викрам скользнул по коридору и заглянул за угол комнаты. В торце кабинета стоял могучий каменный стол на углу которого была свалена груда табличек заменявших людям древних времен грамоты. В центре стола стояла на небольшом треножнике ажурная каменная сфера. Внутри нее медленно вращалась, не касаясь внешних стенок, другая тоже резная сфера. В центре странной конструкции горел странный серый, призрачный свет. Лишь только Викрам настороженно всмотрелся в странную картину, как его собственная тень вдруг ожила и поднялась с пола темным призрачным двойником. Его длани сжали шею охотника и их леденящее касание начало пить его жизнь. Музыка внезапно стала звучать куда громче и странные тени стали танцевать по стенам комнаты причудливый, гротескный танец.

<iframe height=“360” src=“//www.youtube.com/embed/aU9YJgQrKwc” width="640"></iframe>

Викрам отшатнулся в комнату, разворачиваясь и поднимая лук. Одновременно он крикнул: "Все назад. Не суйтесь сюда". Стрелы желтыми молниями полетели в двойника. Конечно же соратники не могли его бросить и потоком ринулись вперед на помощь другу. Под градом ударов призрачный двойник истаял, но перед этим его темная ледяная рука успела пронзить сердце древлянина. Викрам пошатнулся и упал как подкошенный на пол. Его кожа стремительно побледнела. Пока друзья пытались сделать хоть что то при этом не решаясь ступить в призрачный хоровод, Тиша с ужасом заметила, что Викрам на глазах исчезает. Он начал таять и стал… стал… своим черным призрачным двойником. С жестокой усмешкой, он повернулся к Станимиру Сокольничьему и бросился с протянутой рукой вперед. Викрам умер и за какие-то 10 секунд стал Темной тенью.

Бой закипел по новой. Викрам-тень кинулся на Станимира и от его ледяных касаний слабо помогала добрая броня. В этот раз поняв, что именно делает тень Тиша ринулась

Тиша решительно рванулась к богатырю. У нее были с собой чары восстановления. Тень так и не смогла выпить силу из Станимира и под градом ударов развеялась.  Поняв, что помочь старому другу уже невозможно, матушка Тихомира помолилась о защите от навьих сил и бросилась в комнату. Туда где пела и сияла Лампа Теней. Тень Тихомиры поднялась с пола и кинулась жрице вслед, но с верно выбранами чарами защиты сделать ничего не смогла. Твердым ударом копья Тихомира пронзила лампу и заблокировала вращение внутренней сферы. Пение и хоровод теней замер. В следующий миг жрица жрица вынула копье и ловким метким ударом разбила проклятый источник навьей силы на мелкие обломки. «Нет. Ну зачем?!» – только и успел крикнуть из за ее спины Тихомысл. Ему как и любому магу мысль об уничтожении столь редкой и сильной диковины была нестерпима.

Увы… от Викрама остались только его вещи. Тело полностью истаяло и стало навьей тенью. В печали и грусти друзья отступили. Настало время поразмыслить и справить тризну. Чуды и сами теряли много родичей и теней во тьме подземелий и хорошо понимали чувства ватажников. На одежде Викрама удалось собрать немного перхоти и следов пота. Это могло бы хватить не некоторые чары воскрешения. Что именно стоило выбрать, можно было узнать при помощи Оску. Именно кудесники были хороши в общении с духами, особенно умершими недавно. Призванный дух древлянина отказался воскресать при помощи волхвания нового воплощения. Он хотел быть самим собой, а не черт знает чем. Впрочем, каменный дух-старик мог с этим помочь. Его бубен истинного чуда раз в неделю мог творить невозможное. Вот только совсем недавно он вернул к жизни детей и еще 6 дней был бессилен. Только 6 дней и Викрам снова вернется.

На следующее утро соратники вместе с Оску направились снова в глубину уровня теней. На этот раз с ними решилась спуститься представительная делегация чудом. Кастаа, трое чудов-волшебников и Синий мох собрались перенести пост охраны от навьев в глубину. К лестнице на третий глубинный уровень. Тем временем соратники осмотрели тронный зал древнего главы клана. Он был длинным, с высоким потолком. Слева и справа восемь каменных статуй с посохами сурово смотрели на вошедших. Каменный трон стоял на возвышении не менее трех саженей высотой. Тонкая искусная резьба покрывала все стены. За троном удалось найти странный скипетр, сияющий внутренней силой, и не менее странный черный шлем-корону. С некоторым сомнением чуды в короне узнали так называемый «Последний подарок правителя». Это шлем сам правитель надевал в виде награды на того, кто его разочаровал и полностью этим брал его под контроль. Опасные вещицы оставили на хранение чудам и ступили на мрачную широкую лестницу, ведущую в глубины земли.

Там внизу перед героям открылся широкий и просторный подземный чертог. Когда-то здесь была площадь с прекрасными статуями, фонтанами и каменными скамьями. Было несколько расчерченных полей для каких-то игр. Среди обломков лежали останки в доспехах, а у дальней стены стояла чудом уцелевшая статуя из белого мрамора с каменным посохом. Вдруг с пола единым движением поднялись два парящих доспеха и кирками-кельтами. Трое скелетов в обрывках роб с посохами и три здоровенных скелета в древних доспехах с топорами. У всех в глазах вспыхнуло желто-зеленое пламя. Статуя за их спинами ожила и, прокрутив посох над головой, ударила им оземь.

Приключения продолжались…

View
Танец теней
в недрах крепости чудов

Поздно вечером Викрам обходил дозоры. Он считал себя (не без оснований) мастером отряда по безопасности и дозору. Лохматый пранкер Оску возник на только-только обойденном стороной валуне, как по мановению волшебной палочки. Поздоровавшись, странный чуд предложил Молчуну участие в розыгрыше. Ловким жестом фокусника он вынул из кармана большую бусину из необожженной глины и предложил Викраму подсунуть ее ради хохмы кому-нибудь в сапог. А в ответ он обещал рассказать ему и его друзьям нечто тайное, о чем все прочие им не поведают. После недолгих колебаний Молчун взял странный кусок глины. Вряд ли Оску решился бы на что-то по-настоящему опасное , да и к тому же подшутить над Радославом ему хотелось и самому.

Утро началось с переполоха. Радослав, ничего не подозревая, натянул сапог, встал – и переменился в лице. Из сапога вверх по ноге начало расти что-то белёсо-прозрачное. Боли воин не почувствовал, но сама ситуация явно пугала. Сев тотчас на землю, Радослав при помощи все того же Молчуна принялся стаскивать сапог. Тихомысл и Вукослава о чем-то задумались, видимо, прикидывая, что за монстр пожирает их соратника, а матушка Тихомира кротко осенила себя перуницей. За время, пока Радослав снимал сапог, жижа успела сожрать большую часть портянки, проесть дыры в голенище сапога и принялась за штанину. В приступе легкой паники Радослав содрал с себя штаны, засверкав голой задницей. Собравшиеся стрельцы ржали во весь голос. Вторил им и звонкий голосок Оску, сидевшего на вершине камня-скалы. Шутник, скинув Радославу шерстяные штаны и кожаные сапоги весьма недурной работы, съехал с камня вниз на землю к ярянам. Радослав, в сердцах плюнув на землю, ушел переодеваться.

Оску тем временем сделал примиряющий жест и рассказал, что эта белесая слизь –  часто встречающийся у горных чудов живой организм, растворяющий только некоторые виды органики. Отходы, ветошь и прочее служат ей пищей, зато живую плоть она никогда не трогает. Чуды использовали ее в туалетах и мусорных ямах, а излишки просто выливали на землю, где эта слизь становилась со временем своего рода грибницей. Собственно, из одного из видов грибов в древние времена и вывели эту слизь волхвы чудов.

Настало время для обещанного еще вечером Викраму разговора. Оказалось, что пару лет назад к общине прибился чуд-чародей. По его словам, он тоже был из аатосклаани, но так ли это было на самом деле или нет, Оску точно не знал. Он обладал такой же врожденной силой, что и члены клана, но в отличие от последователей старого Микко Яато был жесток. Как-то раз его заметили за насмешками и издевательствами над одним из младших. Микко сам попытался объяснить чужаку, что у них так не принято, что он не прав, но тот так ничего и не понял. После того, как издевки перешли в откровенные пытки, взбесившийся Кастаа пробил чарами волю чужака и со льдом в голосе приказал ему: «Иди во тьму нижних уровней и умри достойно». Не в силах противиться чарам, чужак сгинул навсегда.

Именно этот случай кудесник Оску и считал началом всех неприятностей. Он был уверен, что Яато стал особенно сильной бормоталкой, безумным темным духом, пропитанным навьей силой, и что именно он смог исказить разум Тихомысла «Свечника», вызвав лавину последующих событий. Где-то во тьме пещер он мог ждать группу ярян. Заметив, что расстроенный Радослав отказался идти под землю и помогать чудам, он предложил странной ватаге свою помощь там под землей. Конечно , он не  мог заменить опытного бойца в полной мере, но помощь кудесника и его знания лишними все же не были.

Спустя час Тихомира, Викрам, Вукослава и Тихомысл «Привратник» ступили под своды подземного замка рода аатос. Широкие, мрачные коридоры скудно освещались ажурными, резными светильниками. То там, то сям попадались местные чуды, ведущие обычную жизнь. Тесные комнаты не без труда вмещали их общину. По дороге Оску сообщил остальным попечителям, что высокие витязи решились на спуск под землю, и когда отряд прибыл к странному колодцу в полу, к ним вышли Кастаа и Сооли, чтобы проводить и сказать слова поддержки и благодарности.

Спуск на нижний уровень был в высшей степени странным. Надо было просто спрыгнуть в колодец. По словам Касты, прыгнувшего ловили чары, наложенные в древности на колодец, а чтобы подняться обратно, надо было, крикнув «ловите», прыгнуть вверх.

Викрам так и сделал. Полет во тьму в течение нескольких длящихся вечность секунд был незабываемым ощущением. Ближе к дну колодца его подхватила какая-то незримая сила и мягко опустила на пружинистый пол. После крика Викрама, что все в порядке, вниз сиганули и все остальные. Переглянувшись, друзья вдруг поняли, что забыли пригласить с собой Оску. Спустя несколько мгновений после их зова чуд уже был с ними.

Коридоры этого уровня были похожи на своих собратьев. Тот же геометрический орнамент и мрачные серые стены, только ажурные лампы не развеивали мрак. В свете посоха Тихомысла и лампы Молчуна друзья двинулись вперед. На первой развилке свернули налево, и вскоре им открылась еще одна сложная развилка. Налево вел темный проход. Из него слышались звуки капающей воды и попахивало какой-то застарелой смертью. Кроме того, коридор продолжал идти вперед к двустворчатым вратам, а спустя несколько метров ответвлялся и направо.

Не успели друзья оглядеться, как слева в непроницаемой мгле зажглись зеленовато-желтые очи. Одно. Два. Три… Больше дюжины. С пугающей скоростью облако мрака рванулось к опешившим было друзьям. Викрам едва успел выпустить несколько стрел, как его окутал непроницаемый мрак, накатившийся волной отчаяния и депрессии. Он упал на колени и с тоской, стеная, стал бормотать: «Все бесполезно… мы навсегда останемся здесь…нам больше не увидеть зеленой листвы»… Рядом ему вторил сдавленный голос Тихомысла: «Тайны… зачем все это? Мы все умрем, а мертвым знания не нужны»…

Тем временем, рядом с ними кипел яростный бой. Тихомире пришлось принять на себя основной удар этого бесплотного навьего мрака. Собрав волю в кулак, она отражала атаки его чар одну за одной. Тиша пыталась рубить тьму саблей и швырять пламя, выросшее в ее руке. Оску стрелял из зачарованного самострела и бил в бубен. Тогда тьма выпустила тугой жгут и начала хлестать им матушку Тихомиру. Яростные удары ледяной тьмы сотрясали ее плоть и душу. Сражаясь молитвами с темной тварью, она, не в силах стоять, сползла по стене на пол. Возможно, именно к этому часу она готовилась в годы учебы на жрицу, истязая свое тело и дух многими испытаниями. Превозмогая потерю сознания, Тихомира все же смогла наложить на себя чары старшего исцеления и ощутила прилив сил. К тому же Оску бросился к ней и, ловко увернувшись от щупальца, использовал свою собственную целебную волшбу. В приступе отчаяния Тиша закричала: «Викрам, Тихомысл, что же вы не сражаетесь! Не время рыдать! Мужчины не плачут, боритесь!» Странно, но ее голос помог Викраму собрать волю в кулак и превозмочь наваждение темной твари. Выскочив из облака, он выпустил несколько своих стрел-перунов и мгла медленно развеялась. Казалось, бой длился вечность, но едва ли прошла минута.

Переведя дух, друзья заглянули в комнатку, где до этого сидел монстр. В ее центре они с ужасом увидели месиво из костей, обрывков одежды и каких-то предметов. Судя по всему, захватчики стащили сюда тела некоторых из защитников подземелья, некогда убитых в древнем бою. Останки надо было вынести наверх и похоронить. Крикнув в колодец, чтобы скинули мешки, соратники принялись за тяжкий и неприятный труд. Собрав все останки, они выпрыгнули из колодца наверх, где их ждали чуды. Сооли исцелила все раны души и тела Тихомиры. Ее сила оракула была жесткой и негибкой, как сама земля, но и сила ее казалась неистощимой. Путь в глубины земли можно было продолжить.

Пробираясь темными коридорами нижнего уровня замка, отряд встречал как следы былых боев, так и немногие уцелевшие следы жизни, кипевшей здесь столетья назад. Очередные врата распахнулись в большой грановитый чертог с кованными бронзовыми столиками и стульями. Рядом с опорной резной колонной колыхался темный призрак чуда, непрерывно бормочущий себе по нос какую-то чушь. Увидев славных борцов с тьмой, призрак рванулся вперед, сквозь отряд. Ловкий Викрам смог увернуться, а вот Тиша и Тихомысл не были столь ловки. Пройдя насквозь, бормочущий призрак затуманил их разум, взял под контроль и приказал повалить лучника. Отстреливаясь, Викрам стал отходить в глубь грановитой палаты. Тем временем Тихомира сплела чары придания плоти бесплотному и накинула их на злобную тень. Стало сразу легче. Теперь с помощью Оску они смогли его достаточно быстро одолеть. Лишь только призрак рассеялся, морок спал с Тиши и Тихомысла и они пришли в себя.

Наскоро переведя дух, друзья двинулись дальше. Один из коридоров вывел их к древней кухне и складу. В кухне до сих пор хлопотала кухарка, вот только сквозь нее было отлично видно и очаг, и кастрюли на стенах. Викрам попытался было завести с ней дружескую беседу, но призрак неожиданно быстро приблизился к нему и ударил кулаком в грудь. Лед призрачной руки сковал его душу и начал сковывать члены. Решив не связываться со странным призраком, все отошли в сторону. К счастью, преследовать и нападать дальше повариха не стала. Помолившись со вздохом: «Дороги ныне диаманты-то», – Тихомира исцелила тяжкую рану Молчуна.

Вскоре коридор привел их на очередную развилку. Слева из арки, закрытой золотистой завесой, сиял мягкий солнечный свет, пахло свежим воздухом и водой. Оску, как зачарованный, пошел туда, не обращая внимания на оклики ярян. Пришлось идти за ним. Пройдя через волшебную завесу, отряд неожиданно оказался на берегу горного озера ясным летним днем. На песке, недалеко от воды, сидела каменная статуя старика-чуда, к которому в страхе прижимались каменные же дети. Насколько декоративным и странным казался старик, настолько же живыми казались дети. По всей видимости, они были не высечены из камня, как старик, а обращены в него.

Пока все стояли и любовались странным и невозможным здесь под землей видом, каменный старик вдруг встал на ноги и шагнул к ним. Он оказался истинным древним духом, духом странствий. Когда-то он помогал чудским чародеям строить врата, но во время нападения его и детей отрезали от остальных в этом месте. Тогда он ударом в бубен истинных чудес сделал детей камнем, а сам уселся среди них. Захватчики не стали внимательно изучать статуи и двинулись дальше. Ощутив удар навьей силы, пришедшей из-под земли от врат, он, использовав какие-то неизвестные чары, закрыл завесой вход в залу и стал ждать, когда что-то изменится. Души детей были живы, и дух не мог их тут бросить. Так и проводил он тут века, рассказывая и слушая сказки.

Дух кое-что рассказал о еще более глубоких уровнях подгорного замка. Они ждут своих спасителей.

Продолжение следует…         

View
Очарованная долина Алкуперайнен
Встреча с чудским кланом Аатос

Из тьмы к огню вечернего костра вышла беловолосая девочка (на вид лет 10) в сером плаще примечательно мятого вида и цвета. Под плащом было видно странное платье из чего-то похожего на кружева. Под кружевами ничего. Плащ закалывала бронзовая фибула с аметистом. На ногах были мягкие войлочные сапожки.

"Спокойной вам ночи, люди высоких племен. Здесь, в зачарованной долине Алкуперайнен, вам стоит опасаться лишь гнева ее попечителей. Оружие и чары вам не нужны. Знайте, здесь не рады гостям. Купцам, старателям, искателям, охотникам здесь нечего обретать. И все же вы пришли и должны услышать основной закон этой тихой долины: все тут братья и сестры. Всем правит любовь".

Переглянувшись, члены отряда поняли без слов, что странная гостья, которую не заметили дозорные, представляет тех чудов, к которым и направили отряд. Переговоры дело тонкое. Впрочем, осторожная матушка Тихомира скорее стала беседовать с гостей, представившейся как Сооли, о жизни. Тихомира хотела понять то, как и чем живут эти ужасные и опасные чуды. Чуды клана Аатос были странными. Их было немного и, судя по всему, все они были чароплетами, опытными в заклятьях очарования. Они не убивали тех, кто нарушал их замкнутый образ жизни и приходил на их землю. Они очаровывали их, и непрошеные гости начинали считать чудов своими лучшими друзьями. По словам Сооли, их принимали в клан и жили они вместе с чудами так же, как и они сами, хотя и в дурмане чудской волошбы. Все изменилось менее года тому назад, прошлой осенью. Один из младших родичей, ярянский чародей Тихомысл «Свечник», давно уже освобожденный от скреп любви, коварно убил старейшего и сильнейшего из чудов – кудесника Микко. Микко был дедом Сооли и Кастаа, и его смерть была для  них трагедией.

Волшебник Тихомысл, прибывший с отрядом, был встревожен. Конечно, он не был специалистом в очаровывании, но он не знал чар, способных длиться годами. Разве что чуды умели мастерить диковины, но насколько он слышал о клане Аатос, они это делали без всяких приспособ. За себя он не слишком беспокоился. Его воля была закалена годами изучения сложных чар, но стрельцы или следопыты Викрама… они были не столь опытны и неожиданно стали слабостью. Надо было договариваться, хотя обычаи местных чудов ему не нравились.

Тем временем Тихомира договорилась с Сооли о встрече с теми, кого чудинка назвала попечителями долины, в формате 5 на 5 завтрашним утром. Лишь только прошла утренняя трапеза, на опушке лагеря объявился чуд со странной растрепанной прической. «Оску», – представился он и радостно пожал руку матушке Тихомире. После этого он вручил ей очаровательную узорную каменную бабочку и предложил, когда переговорщики Светлого Яра будут готовы, пройти на встречу вооон по той тропке.

Встреча проходила в небольшом распадке возле красивого водопада, падавшего со скальной стенки метров 15 высотой. На милой зеленой поляне стоял каменный стол, а вокруг него стояли удобные валуны разной высоты, на которых можно было сидеть. За столом сидели четверо чудов, и в их числе были Сооли и Оску, а за их спинами стоял, скрестив руки на груди, дюжий велет в кирасе чудской работы с черным чеканом на поясе. Сооли представила остальных чудов: Кастаа, Акка и Оску, а также велета: Синий мох.

Переговоры были долгими, но на удивление простыми. Чуды сами предложили заключить договор со Светлым Яром. Согласно их замыслу, чуды обязывались сообщать Светлому Яру, что в их руки попали непрошенные гости – граждане Светлого Яра, и передавать их представителю Яра. В свою очередь Светлый Яр должен был запретить любое посещение чудских земель своим гражданам без приглашения либо разрешения на то от чудов Алкуперайнен. Чуды понимали, что в большом государстве всегда есть те, кто плюнет на решения глав – преступники, но с ними они были готовы разбираться сами. Особо оговорили право членов отряда поговорить с гражданами Светлого Яра и, если они захотят, забрать их на родину. Кроме того, поговорили и о вратах, таящихся в глубинах убежища клана.

Врата были построены в древние времена волшебниками клана, пытавшимися повторить оригинальные врата, созданные когда-то мастером-артефактором из клана Туони. Похоже, что мастера Аатос пошли каким-то другим путем и никак не могли завершить работу над вратами. Потом вторгся отряд каких-то других чудов. В битве за убежище Аатос победителя не было. Что-то случилось с вратами, и все бывшие в то время в убежище умерли или стали навьями. 12 лет назад группа чудов из клана нашла свое древнее убежище. Удалось очистить верхний, самый большой из уровней. Потери были достаточно велики, чтобы на этом остановиться. По крайней мере, до поры пока новое поколение не наберет должной силы. Странно, но навьи не пытались отвоевать свои бывшие залы. Впрочем, логика нежити была всегда странной, а мотивы не человеческими.

Договорились, что посланцы Светлого Яра попытаются пробиться к вратам и попутно изничтожат всех найденных навьих тварей. Именно врата были источником все новых порождений кошмаров и угрозой не только местным чудам, но и, возможно, Андимиру, тем более что к уменьшению поголовья навьев жрицу черного лика звал и ее долг. В свою очередь чуды обещали обеспечить безопасное место для отдыха и целительскую поддержку. На том и остановились.

Матушке Тихомире и Викраму удалось повстречаться с Бахударом – вором из Турана, воинами Медвежей и Аспидом, обром Летящей Шишкой и чудинкой Лемпи, дочкой известного уже им Ждана. Для старика стало бы отличной новостью то, что его дочь жива. Она была его любимицей, и увидеть ее он не рассчитывал. Кстати, связаться со Жданом было хорошей идеей. Опытный ветеран рубежной стражи мог помочь организовать здесь у чудов дозор стражи, а они хорошо разбирались в разного рода прорехах в Рубеже. К тому же у них были мастера настройки врат, пусть и более простых. Вратами для переноса между своими замками они пользовались давно.

С самой Лемпи все оказалось сложнее, чем думали друзья. Оказалось, что ее очаровывал Кастаа и она приглянулась молодому чаровнику. Воспользовавшись своим мастерством волшебника, он внушил ей любовь и стал ее мужем.  У них родился ребенок, мальчик. Дети чудов медленно растут, так что ребенок еще даже не ходил. После смерти Микко Кастаа ворвался к Лемпи в комнату в растрепанных чувствах и снял чары, ругаясь и спрашивая, не хочет ли она убить и его тоже. Что теперь делать, Лемпи не знала. Он был отцом ее ребенка и хоть не любил ее (похоже, Кастаа вообще не был способен любить кого-либо), но был с ней добр. Сердце Кастаа оживало, когда он играл с сыном, да и за 7 лет она привыкла к этим чудам. По сути, они стали ее новой семьей. Лемпи просто не знала, как поступить. Она скучала по родине и хотела быть увидеть дочь и отца, но и бросить Алкуперайнен духу у нее не хватало. Кроме того, она опасалась, что сын не выдержит долгой дороги, да и неясно, отпустит ли Кастаа сына, а оставлять его Лемпи тоже не хотела.

Что же, пора было спускаться во тьму подземелий убежища. Врата ждали.

View
Дорога к Зеленым рукавам
Отряд приходит в долину Зеленые рукава

“Ну что, продолжим танцы или поговорим“? – как-то неприятно улыбнувшись, обратился сразу ко всем черный витязь. Продолжать не слишком хотелось. Уже полученные в этом бою раны были крайне опасны и могли потребовать больших расходов на лечение. К тому же соратники никогда не встречали упоминаний о таких существах. Было похоже, что его исцеление включалось лишь после смерти. Он был устойчив ко множеству видов ранений. Обладал врожденной защитой от магии. Будь он лишь мечник, было бы полбеды, но его черное касание и насылаемые проклятья… Лучше было поговорить.

Эта беседа напоминала своеобразные словесные танцы, где наши герои пытались убедить черного витязя пойти с ними и сдаться высшим иерархам Церкви, а витязь хотел, чтобы его просто выпустили из пирамиды. Он явно был в курсе того, что стена пирамиды исчезала не для любого и пробить стены мечом не рассчитывал. В ответ же на недоуменный взгляд одного из ватажников на широкое окно-бойницу, опоясывающую зал, витязь, хмыкнув, сказал: «Это все наваждение. На самом деле там Серый мир. Тонкая грань, отделяющая Андимир от прочих граней мира. Там множество опасных хищников и далеко не каждый сможет выйти оттуда». От скуки, не принимавшие участие в беседах с Витязем, пошли рассматривать барельефы на стенах, где неплохо показывалась техника работы с копьем.

Конечно же переговоры возглавила матушка Тихомира. Беседовавшие с витязем, узнали что витязя звали Кудым. Он родился в городке Ош. Его мать-колдунья еще во чреве продала его Маране и темные жрецы и колдуны чудов создали его вот таким. Подобно обычным детям он рос и его учили. Чарам и мечу. Тактике и управлению. Тогда в древности он был великим вождем черной дружины, отряда, созданного чудскими волшебниками мертвителями. Его оставили в этом зале, подождать последнего повелителя Камгорта или его посланца. Тогда он смог бы вернуться, взяв то, что принес он. Однако, дичайшая воля к жизни и верность долга последнего война Камгорта привела к тому, что тот стал призраком, а бестелесного убить и обобрать Кудым-Ош не мог. Так и кружились они вечность по залу, потому что и призрак был бессилен против витязя.

Кудым-Ош просто хотел вернуться в мир  к активной жизни, наслаждаться его богатством и разнообразием. Он вовсе не хотел отправиться в Навь и совершенно не пекся о своей душе, потому что древние чары прочно привязали его к бессмертному телу. К тому же Кудым-Ош был неплохо подкован в теологии и хорошо знал, каково его душе будет в Нави. Нет уж… Он даже не хотел идти и общаться с иерархами, а Тихомира не спешила принимать на себя ответственность и выпускать в мир большое и неизвестное зло. Удалось же сойтись так: Тихомира отправила молитвенное послание своему нынешнему куратору Яромилу, который и отправил их вместе с братом в этот поход. Яромил был не только радетель высшей крови, но и назорник духовного братства, причем  изрядного ранга. Яромил разрешил выпустить витязя из пирамиды, стребовав с того обещание, прибыть с Тихомирой в Глядень для беседы с ним и только ним. На это витязь согласился, и пирамиду наконец-то можно было оставить.

Стоит добавить, что витязь, похоже, ценил верность слову. Никак не предав членов Странной ватаги, он привел их к месту, где когда-то был источник живой и мертвой воды. Живая вода исцелила черную тень, легшую на души Станимира и Радослава, а мертвая исцелила телесные раны, полученные в бою. Можно было продолжать путь.

Спустя неделю с небольшим отряд прибыл к Пелым-городку местных обров на берегах Весынг-лора. Их удостоил приемом властитель города Канта, оказавшийся крепким телом стариком кудесником. Кудесник расспросил героев о цели их пути и том, что видели они по дороге. Заметив, что герои темнят и не рассказывают почти ничего, он крайне холодно попрощался с ними, даже не приняв их дары. На прощанье он сообщил, что конечно же ярянский отряд за пределами его власти, но людям своего рода он запретил появляться во вполне  определенных местах ближе к горам на востоке. В долине Зеленые рукава.

Ситуацию попыталась исправить Тиша. Он искренне возмутилась тому, как темнили на переговорах ее соратники и больше прочих Радослав, так что вечером вновь навестила старого кудесника. Она описала путешествие их отряда по дороге к Пелым-городку. Рассказала о возможном очищении Камгорта и даже довольно точно указала, где его руины. Цель же путешествия отряда она не назвала, просто сказав, что это не ее тайна. Такой подход старик понял и принял. С ней он попрощался куда теплее, чем с остальными.  

Через еще неделю пути по велетским тропам, повстречав по дороге пару забавных великанов, герои прибыли к горам. Последний привал и вот завтра они увидят цель их путешествия.  Зеленые рукава оказались удивительно тихим и спокойным местом после долгих странствий отряда. Здесь совсем не было чудищ. Не было крупных хищников, а встречные лоси, кабаны и козлы были осторожны и близко к себе не подпускали. Казалось, что это обитаемая страна, только ее население не видимо и скрытно. Везде ощущалась подспудная сила чудов.

Когда развели костры и стрельцы принялись готовить еду, с ближайшей скалы спрыгнула невысокая девушка со светло-золотистыми волосами и светло-светлым взглядом очей. Она шагнула к костру и негромко произнесла: «Дозволите присесть к вашему огоньку?»

View
Древними тропами
Отряд выступает в путь

К наместнице властеяра в Глядене Вукославе с тайным визитом прибыли сыновья властеяра Ярополк Яромирович и его младший брат Яромил. Ярополк  поведал ей, а затем и всем остальным, что найдена в проруби на Тазе бутыль с посланием внутри нее. Писал его Тихомысл «Свечник», член предыдущей экспедиции, направившейся 7 лет назад на поиски таинственных чудских врат. Их создала в древние времена горстка чудов для бегства из Андимира. В те времена после падения легендарного Камгорта среди них начались жестокие межусобные войны. Чуды-создатели врат надеялись найти иной мир, где можно спокойно жить и не бояться врагов, но они не успели.  Враги нашли их и в жаркой схватке в подземных чертогах пробились к вратам. Никто не знает, что именно там случилось, но враги не вернулись из подземной крепости – как, впрочем, и ее защитники. Врата иногда включались и выключались на протяжении веков. Но похоже, они никогда не открываются на достаточное для прохода большого отряда время. Тем не менее странные гости, рассказывавшие о том, что попали в Андимир через врата в заброшенной крепости, встречались.

Та старая экспедиция надеялась найти древнюю чудскую крепость начала эпохи великих войн, ее сокровища и реликвии и, конечно же, найти врата, но что-то пошло не так. Из записки Свечника было ясно, что был бой и что не все его пережили. Он просил помощи для себя и своих товарищей,  захваченных чудами.  Похоже, бедолага писал записку, будучи не в своем уме, и покрыл ее многими странными и безумными рисунками.

И вот теперь братья-сыновья властеяра собирали новую экспедицию. Собирали не ради сокровищ или врат, а ради спасения жизней детей и дочерей Светлого Яра. Экспедиция собиралась в тайне от приказов, властных радетельских родов и долгих рук господарей. Вместе с ними прибыл и уже известный по событиям в Глядене Мекуи «Извечный».  Для защиты экспедиции братья распорядились выделить 20 стрельцов и опытного десятника, а также предоставили все необходимые припасы. Главой экспедиции назначалась суровая не по годам матушка Тихомира. Она явно глянулась Мекуи. Высокая, статная, властная и неприступная. За века его долгой жизни девы простые и готовые на все ему изрядно надоели.  Другое дело черная жрица. Так что хотя Ярополку больше нравилась Вукослава, он уступил Мекуи, тем более что оборотень-волхвица была крайне застенчива, что для руководства плохо.

В небольшой горнице за широким столом собралось все руководство новой экспедиции к Яхонтовым горам. На этот раз к привычным Вукославе, Викраму и Тихомире присоединились волшебник Тихомысл, умелый пищальник Радослав и богатырь Станимир «Сокольничий».  Шел жаркий спор о том, кого взять в проводники. Конечно, Викрам и сам бывалый лесник, провел бы отряд вдоль рек, ведь судя по карте братьев это было немудреным делом, но тогда пришлось бы пройти под стенами господаря Устюга, могущественного Гостеяра Свентоликовича Устюжского.  Он хоть и прозвался Чудилой, но и был тем опасней и непредсказуемей.

Идти предстояло напрямик, по лесами и холмам предгорий. Тут нужен был кто-то знающий их как свои пять пальцев. Вариантов было два: во-первых, старый друг Девятко рассказал о том, что в шахтах сейчас работает бывалый черный копатель Барсуча, во-вторых, Викрам узнал, что в городке велетов гостят трое бывалых знатоков лесных троп и охотников из рода каменного лося. Велеты, родившиеся именно в этих местах, знали их на самом деле хорошо, но был у них один изъян: древние чародеи-чуды создали их племя так, что приказам и чарам своих былых повелителей они противились с трудом. У Барсучи же был другой недостаток: его сложный характер. Барсуча был человеком твердых принципов и страшным законником, но в договорах любил изыскивать недосказанное и недописанное. Альтруистом и бессребреником он тоже не был. В итоге все же выбрали Барсучу благодаря внезапно твердой поддержке его Вукославой.

Приведем для потомков текст договора с Барсучей.

Я, Вукослава дочь Вуйко, наместница Властеяра в Глядене, именуемая далее Наниматель, в год 371 от заключения Великого завета в тальник месяц писала договор с Барсучей сыном Перемысля, именуемым далее Проводник.

Проводник обязуется провести Нанимателя и его отряд к месту на отрогах Яхонтовых, указанному на карте, приложенной к договору. Проводник останется с ними до окончания миссии отряда и выведения его в земли Светлого Яра в Глядень городок, но не более 6 месяцев. Место конечного пути можно будет изменить в дополнительном уговоре. Если опасность какая на пути их будет али ловушки известные, Проводник упредить Нанимателя и членов отряда должен. Проводник и Наниматель обязуются вместе преодолевать опасности и кровь пролить, но не бросить друг друга в беде. Наниматель же обещает, что будет заботиться об исцелении ран Проводника, полученных в пути, снятии чар враждебных и кормлении провизией.

Наниматель обязуется оплатить услуги Проводника в размере 500 кун и ходатайствовать о прощении Проводнику вольных и невольных прегрешений против законов Светлого Яра в прошлом.


На лыжах под бравую песню стрельцов отряд отбыл из Гляденя. Первые несколько дней погода ласково провожала их, светя уже почти совсем весенним солнышком. Мало кто из непростых обитателей этих земель решался подойти к столь большому и хорошо вооруженному отряду. На первой же стоянке Барсуча рассказал всем о нескольких типовых опасностях этих мест и даже показал живой ледяной цветок, способный заморозить неловкого. Погода вскоре испортилась, и зарядил снег, переходящий в дождь. Хмурое небо было невесело.  Один раз экспедиция повстречала странного старичка с руганью на подземной речи, разглядывавшего две каменные статуи. Оказалось, что это подземный дух, родич джинов из Небесного  моря. Он ходил в гости к соседней ведьме на самогон с огурчиками, а в это время в его нору сунулась пара местных идиотов с арсянского хутора. Сунулась и напоролась на его ручного василиска, которого дух держал вместо собаки. Ссориться с людьми дух не хотел и был немало расстроен. Викрам наутро зачаровал белку и послал ее к арсянам с запиской, в которой дух просил простить его и обещал одарить их семьи, хоть и был невиновен.

Спустя две недели непростого пути отряд вышел к гряде скал, у начала которых стояла каменная баба, от которой веяло силой. Барсуча преклонил перед ней колени и, помолясь Матери Сырой Земле, рассказал, что в скалах открыт вход на древний путь. Он ведет к сказочному Камгорту, что по дороге отряду и сильно сократит их путь. К тому же в Камгорте есть одно место, посетив которое, можно снять часть проклятья древнего города и освободить души тех, кто стал белыми тенями. Рассказав об этом, он протянул вперед руку с лежащим на нем камнем, схожим с материалом каменного идола, и попросил прикоснуться к нему всех, у кого были серые и синие глаза. В ответ на касание Тихомиры по камню пробежала тонкая паутина золотых линий. Так стало ясно, что Тихомира оказалась отдаленным потомком последнего правителя Камгорта и могла взять жезл власти из рук его последнего воина.

После недолгого обсуждения отряд решил не противиться воле Матери, тем более что освобождение душ из навьей неволи было достойным делом. Стрельцов оставили в конце древнего пути. Оттуда было видно окружающий мир, а вот их самих заметить и ощутить было нельзя.

Шестеро смельчаков спустились в Камгорт. Он зарос хмурым лесом из высоченных елей, среди которых виднелись остовы каменных зданий. За века топкая почва поглотила Камгорт, оставив на виду лишь крыши да сильно покосившиеся стены. Камень Матери вывел отряд к треугольной, сильно наклонной стене. Похоже, когда-то это было настоящей пирамидой, но немилосердное время покосило ее и заставило заметно склониться набок. Лишь только соратники вышли к этому месту, как в стене пирамиды выделилось углубление арки, а ведь за минуту до того ее просто не было! С касанием же этого места рукой Тихомиры, стена растворилась и открылся наклонный проход, ведущий под землю. Когда-то это был широкий коридор, чьи стены были украшены искусными барельефами. Он вел вперед, в глубину пирамиды, но теперь, получив уклон к поверхности почти в сорок градусов, стал опасным. Первым рискнул Викрам, поскользнулся и со сдавленным криком упал вниз.

- Давайте сюда, – с коротким стоном послышалось с дна колодца.

Пока ватажники лихорадочно искали и вязали веревки, Тиша перекинулась в барса и на пару со своей рысью, ловко цепляясь за барельефы, спустилась вниз. Не без труда вся ватага перебралась к Викраму. Последней съехала вниз, больно ушибив ноги, сама Тихомира. Как все и опасались, стоило ей оказаться со всеми, как арка закрылась, а коридор погрузился во мрак.  Впрочем, свет с собой был. Тихомира осторожно двинулась по барельефам правого прохода. Увы, на одном из поворотов она опять не удержалась и ушиблась намного сильнее. Тише-барсу надоело это нелепое и опасное кувыркание, и всех остальных она вместе со своей огромной рысью просто перетащила вниз за шиворот, как котят. Было немного обидно, но  эти наклонные коридоры были и впрямь слишком сложны. А лестница, начинавшаяся в двух метрах над головой, без барса и натянутой им веревки вовсе была бы недосягаема. Вскоре вся компания собралась в квадратной палате со сводчатым потолком. Посреди нее призрачно светилась колонна от пола до потолка.

Как и думали, это оказалось телепортом. Викрам и Станимир были перенесены в просторный зал, посреди которого стоял подиум с каменным троном. Вокруг него кружились в боевых стойках с мечами наизготовку два витязя – черный великан и белёсый призрачный карлик. Прибытие первых ватажников изменило их долгий танец. Черный повернулся к прибывшим и радостно произнес: «Наконец-то что-то интересное. Развлечемся!» Викрам, не откладывая дела в долгий ящик, пустил в него стрелу. В это время вокруг них появились и все остальные.  

Резким рывком Черный преодолел расстояние до ватаги и началась скоротечная брань. Казалось, исход схватки был предрешен. Черный был сильным бойцом, но что может сделать один против шестерых, тем более, что волшебник вызвал в бой четырех огромных зубастых ящериц. У Викрама все время соскакивала тетива, Станимира и Радослава поразило черное ледяное касание левой руки черного витязя, к тому же Радославу он еще и внушил отвращение к своему оружию, и брал себя под контроль он с некоторым усилием.

Когда здоровяк пал, белый карлик приблизился к победителям, протянул жезл Тихомире и с горечью в голосе произнес: «Молодцы. Увы, Камгорт уже не вернуть. Столько веков минуло и его дети давно его позабыли. Разве что крылатый корабль правителя. Он должен быть в полном порядке. Поклянись, что найдешь его. Он должен вновь подняться в небо.» Тихомира пообещала это призраку и приняла из его рук жезл.

- А он крепкий парень, – улыбнулся призрак, посмотрев за спины ватаги, и исчез.

За их спинами вставал с пола Черный витязь. Похоже, бой был еще не закончен…

View

I'm sorry, but we no longer support this web browser. Please upgrade your browser or install Chrome or Firefox to enjoy the full functionality of this site.